Они называют себя «скептиками»
Главная задача авторов любой теории заговора – не дать фактам испортить «склáдную» историю. Впрочем, фактами, аргументами и логикой переубедить сторонников конспирологии не удастся: если реальный заговор рано или поздно разоблачают, то теорию заговора невозможно ни доказать, ни опроверг-нуть: в неё можно только верить. И тот, кто верит, либо обернёт аргументы в свою пользу, либо их проигнорирует.
Сегодня они не называют себя ни конспирологами, ни сторонниками теорий заговора, предпочитая ёмкое слово «скептики». Быть скептиком модно: вы вроде как не профан, готовый поверить любому мифу, а думающий человек, подвергающий сомнению общепринятые представления. Однако на деле так называемый скептицизм имеет гораздо больше общего с наивностью, нежели со склонностью к непредвзятым размышлениям. И главная проблема – в том, что у такой наивности есть последствия.
Вирусы, масоны и плоская Земля
Список популярных теорий заговора год от года существенно не меняется, разве что слегка смещаются акценты. Теневое правительство (преимущественно еврейское), вездесущие масоны, опасность ГМО и прививок, ВИЧ и СПИД придумали фармкомпании, глобальное потепление – климатологи, а Земля плоская. В России активно рассказывают про заговор историков против нашей страны и о том, что американцы не были на Луне. Пандемия COVID-19 породила теорию о том, что под видом вакцин от COVID-19 Билл Гейтс намерен провести массовую чипизацию.
Не следует считать, что конспирология – удел недалёких людей, которые не читают книг, не могут сопоставить факты и готовы принять на веру даже явный абсурд. Согласно опросам, в тайное «мировое правительство» верит подавляющее большинство россиян, и значительная часть – люди с высшим образованием. Почему так?
Прежде всего теории заговора – это не одна цельная история, а целый клубок различных интерпретаций отдельных фактов, в котором тесно переплетаются и научные исследования, и откровенный бред. И внутри этого клубка – серая зона между правдой и вымыслом, где практически для каждого человека найдётся нить, которая затронет его за живое: если вы не верите в то, что Землю захватили рептилоиды, то наверняка согласитесь с внеземным происхождением вирусов или с тем, что влиятельные люди стремятся поработить человечество. Повторюсь: подтвердить или опровергнуть теорию целиком сложно, и едва ли её сторонники захотят вас слушать.
Возьмём вечно популярную теорию про еврейский заговор. Ещё в начале XX века в петербургской газете «Знамя» были опубликованы «Протоколы сионских мудрецов»: текст описывал методы, которыми евреи якобы планируют достичь мирового господства. Почти сразу после публикации было доказано, что документ является фальшивкой, однако это не помешало антисемитам использовать этот текст для оправдания своих преступлений.
Благодатная почва
Вера в конспирологические теории крепнет в сложные для общества периоды: мировые войны, эпидемии, глобальные катастрофы, финансовые кризисы, политические конфликты и моменты обострения социального неравенства. Мозг ищет, как ему приспособиться, как «переварить» происходящее. И чем сложнее, многограннее и запутаннее ситуация, тем острее мы нуждаемся в упрощении.
Вся суть конспирологического мышления – помочь справиться со страхом неопределённости. Теория заговора в этом отлично помогает, объясняя любые события замыслом влиятельных заговорщиков: ничто не происходит случайно, главное – определить, кому это выгодно.
На фоне стресса обычные «настройки» мозга и психики дают сбой, формируя благодатную почву для зарождения конспирологических взглядов. Сознание подменяет обработку данных предугадыванием на основе предыдущего опыта: это привычка ещё с тех времён, когда долгая интерпретация могла стоить жизни.
Красивая история сильнее фактов
По той же причине неопределённость в принципе связана в сознании с дискомфортом. Поэтому человеку важно связать обстоятельства и действия людей с помощью смыслов, мотивов и закономерностей (нередко выдуманных) в единую историю. И если факты не укладываются в сложившийся паттерн, тем хуже для них.
Ещё одна особенность человеческой психики, которую активируют теории заговора, – это считывание сигналов о потенциально опасных объединениях. В вашу жизнь может вторгнуться угроза в лице «чужого». Для того чтобы ему противостоять, нужно объединиться.
Во все времена создание образа «чужого» являлось базовым правилом пропаганды. Чем опаснее, неприятнее и могущественнее этой чужой, тем выше вероятность поднять сопротивление. Мигранты, рептилоиды, оккупационное правительство, влиятельные бизнесмены из далёкой страны – все они чужие.
Идеальная мишень
Помимо общих механизмов, существуют индивидуальные особенности психики, которые могут предрасполагать человека к вере в теории заговора. В первую очередь это уровень тревожности и стресса. Человек, который по натуре преувеличивает масштабы и последствия катастроф, конфликтов, эпидемий, склонен искать столь же масштабные их причины: заговоры, действия теневых правительств и т. п.
Мир слишком непредсказуем, а теории заговора предлагают альтернативное объяснение. Но есть те, кто от этой непредсказуемости страдает больше: это люди, уязвимые психологически, социально и финансово, маргиналы и те, кого исключили из влиятельных групп. Они – идеальная мишень для конспирологов, люди, готовые увидеть закономерности там, где их нет. Теории заговора дают им ощущение безопасности и власти над нестабильным и многогранным миром. И если они внутренне не готовы принять иную картину мира, разубеждать адептов конспирологии бесполезно.
В чём опасность теорий заговора? Прежде всего в том, что доверие к вымышленным закономерностям формирует особый тип сознания: тот, кто убеждён в опасных последствиях прививок, с большой вероятностью поверит и в массовую чипизацию, и в сионистский протокол. Существуют даже схемы, которые связывают воедино несколько популярных конспирологических теорий. В итоге люди отказываются лечить детей, а ВОЗ включает антипрививочников в число глобальных угроз.
Справедливости ради отметим один положительный момент, который упускают противники теорий заговора. Как конспирологи игнорируют факты, так и сторонники привычных представлений склонны отрицать альтернативные гипотезы на корню, хотя в них может крыться прорывная идея. Главное – уметь отделять зёрна от плевел и прислушиваться к другим без предвзятых оценок.
Малика Воронина