Али ибну аль-Хусейн ибну Али (Зайн аль-Абидин)

Богобоязненность воспитала в Зайне аль-Абидине многие достойные качества, в том числе благородство и кротость.

Сборники жизнеописаний полны историй о его благородных поступках и достойном поведении.

Аль-Хасан ибн аль-Хасан (внук сподвижника Али ибн Абу Талиба d) рассказывает такую историю: «Как-то раз мы с моим двоюродным братом Зайном аль-Абидином поссорились, и я пришёл к нему разъярённый. А он в это время сидел в мечети вместе со своими товарищами. Я высказал ему всё, что у меня накопилось. Он сидел молча, ничего не говоря. Потом я ушёл.

Когда настала ночь, кто-то постучал в дверь. Я встал, чтобы посмотреть, кто пришёл. Оказалось, что это Зайн аль-Абидин. Я не сомневался, что он пришёл для того, чтобы отплатить мне за обиду, которую я нанёс ему. Однако он сказал: “Брат мой, если то, что ты сказал мне, правда, то да простит Аллаh I меня. А если ты сказал неправду, то да простит Аллаh I тебя”.

Сказав это, он попрощался и ушёл. Тогда я догнал его и сказал: “Клянусь, я никогда больше не сделаю ничего из того, что неприятно тебе!” Он смягчился и сказал: “Можешь забыть о том, что ты сказал мне”».

Один из жителей Медины рассказывает: «Когда Зайн аль-Абидин вышел из мечети, я последовал за ним и стал поносить его, не имея никаких причин для этого. Люди бросились ко мне, желая проучить меня, и если бы им удалось схватить меня, они бы непременно переломали мне кости, прежде чем отпустить. Зайн аль-Абидин повернулся к людям и сказал: «Оставьте человека в покое». И они оставили меня в покое. Увидев, как я испуган, он повернулся ко мне с приветливым выражением лица и успокоил меня, после чего сказал: «Ты поносил нас, упоминая о том, что тебе известно, а то, чего ты о нас не знаешь, ещё хуже». Потом он спросил меня: «Есть ли у тебя какая-нибудь потребность, в удовлетворении которой мы могли бы тебе помочь?» Мне стало стыдно перед ним, и я ничего не ответил. Увидев, что мне стыдно, он набросил на меня плащ, который был на нём, и велел дать мне тысячу дирхемов. И после этого каждый раз, встречая его, я непременно говорил: "Я свидетельствую, что ты один из потомков Посланника Аллаhа r"».

Один из слуг Зайна аль-Абидина рассказывает: «Я был рабом Али ибн аль-Хусейна, и как-то раз он отправил меня куда-то с поручением. Я задержался, а когда вернулся, он слегка ударил меня. Я заплакал и очень рассердился на него, потому что до этого он никогда никого не бил. И я сказал ему: "Побойся Аллаhа I, о Али ибн аль-Хусейн. Ты отправляешь меня с поручением, а когда я выполняю его для тебя, ты бьёшь меня?!" Он заплакал и сказал: "Иди в мечеть Посланника Аллаhа r, соверши молитву в два ракаата, а потом скажи: «О Аллаh I, прости Али ибн аль-Хусейну». И когда сделаешь это, ты свободен ради довольства Аллаhа I". И я пошёл в мечеть, совершил молитву и обратился к Аллаhу I с мольбой... Домой я вернулся уже свободным».

Всевышний Аллаh дал Зайну аль-Абидину щедрый удел. У него была очень прибыльная торговля и прекрасные пашни. За имуществом следили его слуги. Земледелие и торговля приносили ему большие доходы. Однако богатство не сделало его высокомерным, и от обилия благ он не стал надменным и горделивым. Он использовал имущество в мире этом, чтобы преуспеть в мире вечном.

Больше всего из дел благочестия он любил подаваемую тайно милостыню. Когда на землю опускалась ночная мгла, он взваливал на свою слабую и худую спину мешки с мукой и выходил из дома, пока другие люди спали. Он ходил по кварталам Медины, подавая милостыню тем нуждающимся, которые стыдились досаждать людям своими просьбами.

В Медине было немало людей, которые жили, не зная, откуда и каким путём приходит к ним их обильный удел. И только когда Али ибн аль-Хусейн скончался и удел этот перестал появляться у них, они поняли, кто приносил им его.

Когда тело покойного Зайна аль-Абидина положили на стол для омывания покойных, моющие его обнаружили на его спине тёмные следы и спросили:

— Что это?

Люди ответили им:

— Это следы от мешков с мукой, которые он приносил в сотню мединских домов. Эти дома лишились своего кормильца с его смертью.

Известно также множество случаев освобождения Зайном аль-Абидином своих рабов. Он отпускал раба на свободу, если тот совершал какой-нибудь хороший поступок, — в награду за это благое дело. И он освобождал раба, если тот совершал какой-нибудь скверный поступок, а потом раскаивался, — в награду за его покаяние.

Утверждали даже, что он отпустил на свободу тысячу рабов и что он не держал у себя в услужении рабов и рабынь больше одного года. Больше всего рабов Зайн аль-Абидин освобождал в ночь на праздник разговения (Ураза-байрам). В эту благословенную ночь он старался освободить так много рабов, как только мог. Он просил их повернуться в сторону киблы (Каабы) и сказать: «О Аллаh I! Прости Али ибн аль-Хусейну». А потом одаривал их так щедро, что праздник получался для всех радостным вдвойне.

Зайн аль-Абидин занимал в сердцах людей такое место, какого не удостоился никто из его современников. Люди искренне любили и почитали его. Они были очень привязаны к нему и постоянно искали встречи с ним, стремясь увидеть его, когда он выходил из дома или входил в него, шёл в мечеть или возвращался оттуда.

Рассказывают, что однажды Хишам ибн Абд аль-Малик прибыл в Мекку для совершения хаджа. В то время он был наследником халифа (правителя). Он отправился совершать обход вокруг Каабы, собираясь прикоснуться к Чёрному камню. Окружавшая его стража принялась окрикивать людей, чтобы они разошлись и освободили Хишаму путь. Но никто не подвинулся и не отреагировал на крики солдат, потому что это был Дом Аллаhа I, и все люди — Его рабы. В это время послышались слова «Нет божества, кроме Аллаhа I» и такбиры, доносящиеся издалека. И люди повернулись в ту сторону, откуда слышался голос.

Появился человек в окружении небольшой группы людей. Он был красивым и худым. На нём был изар (нижнее одеяние паломника) и рида' (накидка). Между глаз у него виднелся след от земных поклонов.

И люди разом расступились перед ним, выстроившись в два ряда. Исполненные искренней симпатии и любви взоры встретили его и проводили до самого Чёрного камня, к которому он подошёл и припал.

Один из приближённых Хишама ибн Абд аль-Малика спросил Хишама:

— Что это за человек, к которому люди отнеслись с таким почтением и которому выказали такое уважение?

Хишам сказал:

— Я не знаю его.

Поэт аль-Фараздак, присутствовавший при этом, сказал:

— Если Хишам его не знает, то я-то точно его знаю... И весь мир его знает. Это Али ибн аль-Хусейн, да будет доволен Всевышний Аллаh им, его отцом и его дедом.

Потом он продекламировал:

Он тот, чьи шаги знает Батха,

И Дом, и простая, и святая земля...

Потомок лучшего из всех рабов Аллаhа I,

Он сердцем чист и пред Аллаhом I преисполнен страха.

Потомок Фатимы d, коль ты его не знаешь,

И прадед его сделан Всевышним печатью пророков.

Вопрос твой: «Кто он?» — не вредит ему. Не знаешь?

И пусть... Арабам, неарабам — всем известен он.

Руки его благодатны, щедры и всем пользу приносят.

Люди идут к нему, и руки его не бывают пустыми.

Открыт и радушен, бояться его нет причины.

Украшают его благой нрав и благие деяния.

Он «нет» не сказал никому — разве что в ташаххуде,

И если б не это, он всем только «да» говорил бы...

Добром окружил он людей, им помог, и рассеялся

Мрак вокруг них, и бедность ушла и лишения.

И, завидев его, курайшиты уверенно скажут:

Великодушия предел — его великодушие.

Стыдливо он взор опускает, и люди тоже — почтение!

С ним говорят, только если он улыбается.

И палка в руках его такой аромат источает,

Благоухает, и нос его столь благороден.

Он от Посланника Аллаhа r род ведёт свой.

Прекрасны корни, качества, деянья...

Да будет доволен Аллаh I правнуком Посланника Аллаhа r и да сделает Он его довольным!

Это был уникальный образец человека, который боится Аллаhа I тайно и явно и до самозабвения страшится Его наказания и стремится к Его награде.