Великая Кавказская стена
Он по-прежнему хранит в себе много неразгаданных тайн и по праву может считаться культурной столицей Дагестана. Естественно, мы говорим о нашем Дербенте, таком уникальном и неповторимом.
В 2015 году Дербент с большим размахом отмечал своё 2000-летие, но это был юбилей города, а жизнь в Дербенте начала биться не менее 5000 лет тому назад, в далёком бронзовом веке. За пять тысячелетий Дербент видел всё и даже больше. На него претендовали Римская империя и Парфянское царство, Иран и Византия, Арабский халифат и Хазарский каганат, Сельджукское государство и Золотая Орда, персидские шахи и османские султаны. Его стены штурмовали такие прославленные полководцы, как Маслама ибн Абдулмалик и Марван ибн Мухаммад, сельджуки Сау-Тегин и Йагма, главные военачальники Чингисхана — Субудэй и Джебэ, азиатские завоеватели Тамерлан и Тохтамыш. В чём же величие Дербента и почему его называют Великой Кавказской стеной?
Вечную славу и в то же время трагедию Дербенту обеспечило его географическое месторасположение. Этот город был образован на самом узком участке между Кавказскими горами и Каспийским морем. Трехкилометровый перешеек, соединяющий сушу и море, определил дальнейшую судьбу Дербента, сделал его своеобразным магнитом, куда с большим рвением тянулись мировые державы и их цари. И всё же в чём специфичность Дербента и почему арабский путешественник Закария аль-Казвини, посетивший Дербент в XIII веке, называл этот город удивительным?
Всё дело в защищённости Дербента мощным фортификационным комплексом, состоящим из цитадели Нарын-кала, крепостных стен, полностью перекрывающих город с обеих сторон, и морских стен. А есть ещё и горная стена Даг-бары, уходящая в горы более чем на 40 км и лишавшая противника возможности проникнуть в Дербент обходными путями. Именно с многокилометровой горной стеной Даг-бары возникают ассоциации с Великой Китайской стеной.
Цитадель Нарын-кала была надёжным пристанищем хана и его многочисленной прислуги. Находившийся на холме дворец не только открывал прекрасный обзор на город, но и делал крепость практически неприступной. После того как Дербент был занят царскими войсками в 1806 году, в Нарын-кале размещался военный гарнизон. А ещё, по словам археолога Владимира Марковина, на этом «ханском» холме зажигались знакомые Дагестану и всему Кавказу сигнальные костры. При вторжении неприятеля сигнальные костры служили сигналом о помощи, своего рода азбукой Морзе. Согласно Закарии аль-Казвини, сигнальные костры зажигались и повыше, на вершине горы. Для этих целей «ежегодно, несмотря на дефицит, в большом количестве собирались дрова, чтобы зажечь костёр. Таким образом жителей Аррана (область в Закавказье), Азербайджана и Армении оповещали о наступлении врага» (Закария аль-Казвини).
Отдельного упоминания и нашего восхищения заслуживают крепостные стены, тянущиеся с цитадели Нарын-кала и уходящие в море. До середины XIX века город Дербент находился лишь в этом довольно узком межстенном пространстве. Это сегодня Дербент — второй по величине и площади город в Дагестане, а в старину жители Дербента проживали между двумя стенами. Но это было сделано ради обороноспособности города и отражения наплыва кочевников в плодородные земли Закавказья и Ирана. В эпоху великого переселения народов это стало актуальным как никогда. Дербент представлял собой искусственный заслон, форпост и буферную зону, отделяющую оседлые народы от кочевых. Такова была задумка первых архитекторов и строителей каменных стен Дербента — сасанидских правителей Кавада I и Хосрова Ануширвана I. Каменная кладка появилась на месте другой стены, сырцовой, которая также закрывала так называемый Дербентский проход.
Строительство века завершилось во второй половине VI века, в перерыве очередной Персидско-Византийской войны. Масштабность военного укрепления не могла не привлекать всевозможных торговцев, путешественников и учёных. Более чем метровые блоки, стены высотой 18–20 метров и шириной 3,5 метра. Немецкий путешественник Адам Олеарий предполагал, что по Дербентской стене можно прокатиться аж на телеге. Закария аль-Казвини практически точно определил длину крепостных стен — две трети фарсаха, а ширину обозначил оригинальным восточным способом — полётом выпущенной стрелы. Русский путешественник Иван Берёзин насчитал между стенами 455 шагов. На пять шагов меньше получилось у вышеупомянутого Адама Олеария. И в таком различии нет ничего удивительного. У моря стены имели максимальную ширину — 450 метров, а у цитадели они сужаются до 350 метров. Кроме Северной и Южной стен, крепость перекрывалась и поперечными стенами. Первая из них закрывала ханский дворец от посторонних взоров. Остальные стены разделяли город на несколько сегментов, и самая последняя из них вела к садам и морскому побережью.
Во время пребывания Закарии аль-Казвини в Дербенте, в XIII веке, этот город имел прочные мусульманские традиции, и это несмотря на то, что Ислам ещё не в полной мере утвердился в Стране гор. Прогуливаясь вдоль городских стен, аль-Казвини зафиксировал в своих заметках исламское очертание Дербента: «В ней (крепости) много башен, и в каждой башне имеется мечеть для прохожих и тех, кто занимается религиозными науками». Закария аль-Казвини описывает ещё одну мечеть, находящуюся за пределами Дербента: «За пределами города есть холм, на котором воздвигнута мечеть. В её михрабе находится сабля. Говорят, что она принадлежала Масламе ибн Абдулмалику ибн Марвану. Это место посещается исключительно в белых одеяниях». Вероятная сабля Масламы возвращает нас к самому Масламе, при котором арабы, а вместе с ними и Ислам, впервые утвердились в Дербенте. Тогда же, в 734 году, была построена самая древняя джума-мечеть на территории современной России. Дербент стал одним из очагов распространения Ислама в Дагестане. И в этом смысле Дербент оправдывает своё арабское наименование — Баб аль-Абваб («ворота ворот»).
После утверждения Ислама Дербент к своей славной многовековой истории получает новую ипостась — крупный религиозный и научный центр, в который стекаются видные учёные мусульманского Востока. В Дербенте обучаются и обучают других. Его многочисленные мечети становятся школами высшего образования, где также проводятся просветительские лекции. Известный суфийский учёный на стыке XI–XII веков Абу Бакр ад-Дарбанди в своих очерках отмечал, что в соборной (джума) мечети Дербента проводили лекции приглашённые из других частей халифата богословы. Якут аль-Хамави в своей энциклопедии «Муджам аль-Булдан» приводит ряд имён крупных учёных, которых приписывают к Дербенту. В их числе Зухайр ибн Нуайм аль-Баби. Эпизоды его жизни приводятся в известном многотомнике Абу Нуайма аль-Исфахани «Хилят аль-Авлия». О научном богатстве Дербента и его значимости в исламском мире говорит также тот факт, что по просьбе жителей Дербента основатель Ашаритского мазхаба Абу аль-Хасан аль-Ашари написал целый трактат по вероубеждению. Этот трактат называется «Рисаля иля ахль ас-Сагр би Баб аль-Абваб» и является разъяснением вероубеждения суннитов.
И сегодня, как и на протяжении столетий и тысячелетий, Дербент не утратил свою особую привлекательность и восточный колорит. Дербент по-прежнему продолжает писать свою историю, и эта история — с продолжением.
Мурад Гайдарбеков