Художник бедных и обездоленных

Нередко бывало, что, когда я пытался глубже понять характер и внутренние побуждения образцовых мусульман, которые производят на нас впечатление своим сочувствием к другим, пониманием и смирением, я обнаруживал, что они были воспитаны в семейной и общинной среде, построенной на соблюдении суфизма (тасаввуф). Именно так можно охарактеризовать сирийского художника Луайя Каяли (1934–1978), который за свою короткую жизнь создал целую серию трогательных произведений живописи, посвящённых бедным и обездоленным своего времени. Его сострадательные творения продолжают быть актуальными и вызывать такие же чувства, какие мы испытываем к тем, кто сегодня борется на Ближнем Востоке.

статья опубликована в номере: 20 (537) / от 15 октября 2017 (Мухаррам 1439)
823

Отец Луайя Каяли был глубоко религиозным человеком, как и его дед, который имел тесные связи с алимами и шейхами своего времени и кардинально влиял на духовный рост своего внука. Когда Луай был ещё маленьким ребёнком, дед водил его с собой на собрания и уроки религии в окрестных мечетях, где учили воспитывать замечательные личностные качества и помогать бедным и уязвимым.

 Семья Луайя была из рода Каяли, одного из крупнейших в Алеппо, из которого в течение многих поколений вышло немало суфийских учёных, религиозных деятелей и юристов и который имел свой собственный Каялийя тарикат, основанный шейхом Абд аль-Джавадом аль-Каяли (1697–1778).

 Луай Каяли начал свою карьеру в Алеппо в начале 1950-х годов. Он выставлял свои портретные работы, демонстрировал натюрморты и пейзажи. В 1961 г. Каяли, получив художественное образование в Италии, переехал в Дамаск и устроился преподавателем в институте изобразительного искусства, где работал продолжительное время и регулярно демонстрировал свои работы, выполненные в различных жанрах. Однако в середине 1960-х годов он начал использовать живопись, чтобы передать борьбу бедных, а также страдания и ужасы тех, кто был вынужден покинуть свои дома из-за конфликта.

 Несомненно, такие изменения в творчестве художника были вызваны морально-этическим переосмыслением смысла жизни и духовных ценностей, пробуждением социальной совести, обострением сочувствия и сопереживания, привитых ему через суфийское воспитание. Сначала Каяли сосредоточил своё внимание на реагировании на конфликт, который усиливался на Ближнем Востоке.

 В 1965 году он нарисовал большую драматическую работу «Тогда что?», где изобразил группу палестинских беженцев, сокрушённых страданиями и находящихся в глубоком отчаянии. Он продолжал развивать эту тему, создал ряд драматических произведений под названием «Во имя дела», где изображены страдания людей, испытывающих тяготы войны.

 Цикл произведений «Во имя дела» был спонсирован сирийским правительством и выставлен в 1967 году в Дамаске и других местах страны. Однако выставка была раскритикована теми, кто скептически относился к мотивам Каяли, их возмутил переход от тем, модных в элитарном обществе, к темам, отражающим дух социалистов, который тогда преобладал в политическом пространстве. Более того, его работы посчитали чрезмерно пессимистичными.

 В состоянии депрессии, вызванной критикой его творчества и недавними потерями в войне на сирийской территории, Каяли уничтожил свои картины и прекратил рисовать.Однако в 1973 году он возобновил рисование и вошёл в новую фазу, в ходе которой создал много трогательных картин с изображением городской и прибрежной бедноты.

 Художник рассматривал постоянную усталость и утомлённость людей на улице как предмет изображения, говорящий сам за себя. Работы Каяли посвящены людям, заслуживающим внимания, или с которыми редко считаются. Он заставляет нас замечать их и видеть, что есть неотъемлемая красота в том, как они живут и кто они есть – наши братья и сёстры. Его искусство стало мощным заявлением о сопротивлении, портретом борьбы, который не может и не должен быть невидимым.

 В деталях его живописи есть ещё более тонкий смысл: за бедностью кроется устойчивость, основанная на религиозной преданности. Подчёркивание образованности суфиев находит своё воплощение в изображении мужчин, молодёжи и женщин, поглощённых чтением. Луай Каяли сказал, что он всегда находил женщин вдохновляющими; он восхищался их огромной человечностью, любовью и женственностью, которые, по его мнению, они проявляли без какой-либо оговорки. Он посвятил матерям целый цикл трогательных картин.

 В 1977 г. на крупной выставке в Государственной галерее в Дамаске Каяли подвергся резкой критике и нападкам по причине изображения национальной борьбы и патриотизма через образы простого человека. Его выбор предмета изображения вовсе не соответствовал тому, каким образом, по мнению критиков, источник и причина патриотической волны должны быть представлены широким массам; они утверждали, что автор «не придерживается идеализированных образов, посредством которых должны быть представлены национальные герои». Это было слишком уж много для Каяли, и он решил переехать в Италию. Но вскоре вернулся в Алеппо, где и умер в 1978 г. во время трагической аварии.

 Его картины, изображающие борющуюся и находящуюся в тяжёлом положении часть человечества, создали эмоциональную и живописную базовую линию для творчества других сирийских и ближневосточных художников, которые продолжают реагировать на конфликты и насильственное перемещение народов. Творчество Луайя Каяли и сегодня продолжает оказывать сильное влияние на социальную живопись всего Ближнего Востока.
 
 ГАЙ (ГАЙДАР) ПЕТEРБРИДЖ
ПРОФЕССОР, СПЕЦИАЛИСТ ПО КУЛЬТУРНОМУ НАСЛЕДИЮ И ИСТОРИИ ИСЛАМА, АВСТРАЛИЯ, РОССИЯ
 

Также в рубрике

Торжества исламских фестивалей: Северная Нигерия

В хадисе, переданном Анасом رضي الله عنه, говорится, что, когда Посланник Аллаха ﷺ переселился в Медину, у её

Первый фотограф исламского Кавказа и Закавказья в цвете

Ведущим пионером в развитии цветной фотографии был русский, Сергей Михайлович Прокудин-Горский (1863–1944),