Помогите мне быть счастливой...

От яркого солнечного света, пробивающегося сквозь закрытые жалюзи, Шамсият зажмурила глаза. Она пересела со стопкой газет на другой край дивана и обречённо вздохнула. Среди обведённых красным маркером объявлений не было ни одного, к которому лежала бы душа. Но работа была сейчас ей так необходима, что, несмотря на своё высшее образование, она готова была пойти даже упаковщицей на склад или подметать дворы.

статья опубликована в номере: 40 (581) / от 15 августа 2019 (Зуль-хиджа 1440 г.)
80

– Да, дочка, я тебя слышу... У меня всё отлично, ты как? Как учёба? Деньги нужны? Зарплату задерживают, милая, потерпи немного. Скоро отправлю, – Шамсият не смогла рассказать дочери, что работы у неё больше нет. «Работник вы, конечно, отличный, но вам уже за 50...

 

А нам нужны молодые, перспективные специалисты. Давайте будем уступать дорогу молодым», – сказал начальник, оформляя документы на увольнение. Шамсият обошла очень много предприятий и магазинов в поисках работы кассиром или бухгалтером. Но все старания были тщетны. Женщина растила детей одна, муж рано умер.

 

Она никогда не отчаивалась и всегда верила в милость Всевышнего: Аллах ﷻ всегда давал им пропитание, даже тогда, когда это, казалось, было невозможным. Взгляд Шамсият упал на последнее непрочитанное объявление в газете.

 

«Требуется сиделка для пожилой женщины. Женщина с характером, работа трудная. Оплата достойная». Такой формат подачи объявления привлёк её внимание, и она тут же набрала указанный номер. 
На первую встречу с «вредной пожилой женщиной»

 

Шамсият оделась максимально красиво: достала свой самый красивый платок, погладила красивое платье, лежавшее на полке три года. Однако старушка даже не повернулась в сторону новой сиделки и лишь изредка отпускала едкие колкие фразы в её адрес.

 

Шамсият понимала, что дело не в ней: если даже родные дети написали в объявлении, что их мать очень вредная, то винить себя в чём-либо было бессмысленно. Однако добрая ранимая натура женщины давала о себе знать: она то и дело смахивала слёзы с ресниц, прячась от своей подопечной.

 

И ей даже казалось, что такое угнетённое, униженное положение сиделки в её доме доставляло монстру в женском обличье огромное удовольствие. – Вы знаете, Шамсият, вы уже восьмая сиделка за последние два месяца в этом доме.

 

Ни одна не выдерживает больше недели характер нашей матери. Она так унижает людей, так издевается, что женщины попросту сбегают отсюда. Поэтому, если вы проработаете тут хотя бы месяц, мы вас щедро отблагодарим. Вам столько не платили нигде, я уверена, – дочь пожилой женщины посмотрела на Шамсият с огромной надеждой.

 

– Хорошо, я постараюсь найти с ней общий язык. Мне действительно очень нужны деньги. Не переживайте, – Шамсият обречённо вздохнула, представляя весь ужас предстоящих ей в этом доме дней.
Так проходили дни. Старушка, которая представилась как Патимат Магомедовна, каждый день встречала сиделку с презрением.

 

Могла швырнуть тарелку с едой прямо на пол и выкинуть лекарства в окно, показывая, что в этом доме всё будет только так, как она пожелает. Шамсият каждый день пила успокоительные. Она поражалась жестокости, холодности, чёрствости этой старенькой сморщенной женщины в инвалидной коляске. «Теперь я понимаю, почему от неё сбежали собственные дети и внуки... Тоже мне... Гитлер в юбке»,

 

– промелькнуло у неё в голове. Шамсият собиралась готовить обед, но сначала решила спросить, чего хотелось бы поесть «её величеству». 

 

Подойдя к комнате хозяйки дома, Шамсият вдруг услышала странные звуки: это был плач. «Плач? Как? Она что, умеет плакать?» Дверь была приоткрыта. Женщина сидела в своей коляске и горько плакала. Руки её были обращены в молитве к Господу. «О Аллах ﷻ! О Всемилостивый и Милосердный! Ну почему я так одинока? Почему я не нужна моим собственным детям? Я же их очень люблю...

 

Почему в старости я так одинока, Всевышний? Как мне плохо, как мне плохо... Я устала от этого горького одиночества... Я устала от этих женщин, чужих женщин, которые не любят меня. Прости меня, о Всевышний, прости, ну пожалуйста!..

 

Ты же знаешь всю правду о моей душе. Дай мне прощение и забери мою душу, мне невыносимо жить в четырёх стенах в одиночестве...» Патимат Магомедовна старалась плакать тихо, она очень боялась, что кто-нибудь узнает о том, что она – слабая, хрупкая и глубоко несчастная старая женщина.

 

Шамсият замерла. Ей стало невыносимо жаль эту бедную одинокую старушку. Она вдруг представила себя лет через 15–20... Представила сидящую в инвалидной коляске, немощную и такую ненужную родным детям... Слёзы невольно покатились из глаз. 

 

Шамсият решила поговорить со старушкой по душам. Сначала «тиранша» не шла на контакт: она всячески отмахивалась от разговоров сиделки своими колкими шутками и унизительными словами. Однако Шамсият не сдавалась и призналась в том, что случайно стала свидетелем её обращения к Аллаху ﷻ.

 

Патимат Магомедовна была ошарашена своим разоблачением. Гордо подняв голову, она покатила коляску как можно дальше от новой сиделки. Однако вскоре всхлипнула и горько расплакалась. Шамсият подбежала к женщине и крепко её обняла.

 

– Я хочу, чтобы вы знали, дорогая моя. Я действительно вас люблю. Люблю ради Аллаха ﷻ, который нас свёл. Теперь я знаю, какой вы хороший, добрый человек. Как трепетно вы относитесь к молитве и как искренне обращаетесь к Господу в надежде на Его милость. Нет, такой человек, как вы, не может быть тираном. Зачем вам эта роль? Зачем вы так долго обманывали себя и окружающих? Зачем?..

 

– Я просто... очень боялась вновь привязаться к кому-нибудь и вновь быть брошенной. Я очень хочу душевного тепла. Очень хочу быть счастливой, несмотря на то, что мне уже очень, очень много лет. Да, я вредная старушка. Но я очень люблю своих детей. А они приезжают ко мне так редко...

 

Женщины ещё долго болтали, сидя в обнимку. В этот день Шамсият открылась совершенно другая Патимат Магомедовна. Искренняя, ранимая, добрая. Шамсият позвонила дочери Патимат Магомедовны и рассказала обо всём, что произошло. Дочь была поражена тем, что в глубине души их мать вела себя так отвратительно только от отчаяния и одиночества. – Давайте устроим ей праздник... Сюрприз.

 

Приезжайте с братом и вашими детьми завтра к обеду. Я подготовлю праздничный стол. Позовите всех, кто ей дорог, пожалуйста, – Шамсият уже готовила план мероприятий для своей новой подруги. На следующий день она вывела Патимат Магомедовну на прогулку.

 

Спустя несколько лет добровольного заточения в квартире женщина впервые вдохнула свежего летнего воздуха и ощутила аромат цветов. Увидела белые пушистые облака над головой и птиц, летающих в небе... – Это... это просто непередаваемо... Я такая глупая была, оказывается. Сама отказалась от счастья – созерцать красоту этого мира.... Спасибо тебе, Шамсият. Ты – прелесть... – женщина прислонила щёку к руке своей сиделки и нежно поцеловала её. – Шамсият, я хочу, чтобы ты знала, почему я стала такой..

 

. Я врач, проработала в больнице 50 лет, отдавая людям всё самое ценное, что было даровано мне Всевышним: время, здоровье и силы. Однако я совсем не понимала, что, слишком погружаясь в работу, я отнимала у своих детей – мать. Они так ревновали меня к моей работе, так жаждали моего внимания, но практически всегда оставались либо с кем-нибудь из родных, либо совершенно одни в этой самой квартире.

 

В квартире, где теперь, в старости, в одиночестве осталась я. Жаждущая их внимания и любви. Как же мне горько оттого, что я им не нужна! Как бы мне хотелось их обнять и рассказать о том, что и тогда, и сейчас я люблю их сильнее жизни! Но, увы, ничего не вернуть... – Дорогая моя... – Шамсият нежно положила ладони на плечи старушки и приобняла её. – Кто же вам сказал, что вы им не нужны? Что они не любят вас?

 

Они так же, как и тогда, мечтают о материнской любви, тепле. Но они считают, что вы чёрствая, грубая, вредная дама, которая не способна на чувства. Докажите им обратное. Откройтесь им! Жизнь так скоротечна! К чему страдать, когда можно быть счастливыми?

 

После прогулки женщины, весело болтая, вернулись домой. И каково было удивление Патимат Магомедовны, когда она обнаружила там своих родных – детей и любимых внуков! Все бросились её обнимать и целовать. И сколько же было пролито тогда слёз счастья! Это был самый счастливый день в её жизни. Счастлива была и Шамсият. Ведь именно ей выпал шанс сделать чью-то жизнь ярче и счастливее. А что может быть лучше?

 

САФИЯ МУСАЕВА 
Фото 

Также в рубрике

Завидуйте правильно

Как известно, человеческий род подвержен многим порокам, лишающим нас привилегий, обещанных нам Господом, и

Не усложняй!

Хвала Аллаху ﷻ, Который облагодетельствовал нас такой прекрасной религией и сделал её для нас настолько

Интернет – благо или нет?

Интернет, несомненно, это благо от Всевышнего для человечества. Много полезного в наше время можно узнать

В ссоре нет правых

Нам не изменить тех, с кем мы общаемся. Однако у нас есть возможность регулировать своё поведение и свой вклад