«Не сложно, если живёшь этим»

Умма Ислама едина и неразделима. Мусульмане являются братьями друг другу независимо от цвета кожи, социального положения и места проживания. Мусульмане – яркий пример цивилизованной, спокойной жизни и совместного проживания в мире с представителями других конфессий. В качестве примера можно привести мусульман Республики Беларусь. В большей степени их представляют крымские татары, которые переселились в эти края в начале XIII века. О жизни белорусских мусульман в беседе с редактором аварского издания «Ас-салама» рассказал Муфтий Белоруссии Абу-Бекир Юхьянович Шабанович.

статья опубликована в номере: 9 (550) / от 01 мая 2018 (Шаабан 1439 г.)
170

–  Уважаемый Муфтий, как вы оцениваете состояние Белорусской уммы сегодня? Какие тенденции наблюдаете: растёт ли численность мусульман в Беларуси?

 

– Рост мусульман Белоруссии идёт за счёт приезжих братьев-мусульман и приёма Ислама коренными белорусами. Но отмечу, что этот рост идёт очень медленно. Особенно не увеличивается население, интересующееся Исламом, из числа коренных белорусов, татар.

 

Для этого есть несколько причин. Первая причина состоит в том, что в основном мусульманские общины рассредоточены в сельской местности. Это посёлки, райцентры, деревни. Представляете, оттуда молодёжь уезжает в города. Процесс урбанизации усиливается, неизбежно растёт. Это всё за счёт молодёжи. А в сельских местностях остаются одни старики, и они уходят из жизни.

 

И количество мусульман в общинах сокращается. Даже в самой большой общине в городе Ивье идёт неумолимое сокращение. Вторая причина заключается именно в том, что общемассовая культура, поп-культура оттягивает молодёжь от религии. И переводит религию на чисто формальный путь поклонения, а не на образ жизни мусульманина. Как правило, такие верующие приходят в мечеть только на праздники мусульман: Ураза-байрам и Курбан-байрам. А это два раза в году. 

 

– Что можете сказать относительно роста числа мусульман за счёт смешанных браков белорусов с представителями других национальностей: арабами, татарами, кавказцами?

 

– Конечно, немало таких браков. Не могу сказать, что нет роста количества мусульман в результате смешанных браков. Но, к сожалению, мусульманин со слабой верой, когда находит своё счастье и любовь с представительницей другой веры, она переводит его в свою сторону. Без соответствующей подготовки в плане просвещения религии Ислам переманить его в другую сторону не составляет никакого труда. А дети следуют за матерью.

 

– Абу-Бекир Юхьянович, коренные мусульмане Белоруссии – это татары. Хотелось бы услышать от вас историю появления татар на этих землях.

 

– В Белоруссии мусульмане-татары оказались в начале XIV века. Первые волны были в начале 20-х годов XIV века. Эти были военные походы крымских татар. Известно, что хан золотой орды Хан-Убек принял Ислам как официальную государственную религию. Так как они были воинственными людьми, шли набеги на русские княжества, на земли Прибалтики.

 

Шёл процесс перехода от Тенгри (язычества) в Ислам. В это время Прибалтика, в частности литовское княжество, терпела походы с юга со стороны мусульман – крымских татар. И с запада со стороны крестоносцев-католиков. Они несли свою культуру. Наиболее опасными были они. Огнём и мечом, как говорится, вынуждали принимать католичество, нанесли сильнейшие разрушения и вред этому народу. Хотели создать своё государство и обосноваться там.

 

А крымские татары не вынуждали, да и не громили безжалостно как крестоносцы, брали свою дань и уходили. Когда начала разогреваться в Крымском ханстве борьба за престол, государство начало ослабевать. Воспользовавшись этим, Литовское княжество наняло крымских воинов против западных крестоносцев.

 

При князе Витовте усилилось Литовское княжество, и его стали называть Великим. По его приглашению пришли крымские воины. Не одни, а с семьями, чтобы на родине их не называли изменниками. Витовт дал им много привилегий. Поселил их на западной границе своего княжества, дабы охранять рубеж. Как считают теоретики, это был военно-хозяйственный форпост литовского княжества против крестоносцев. Витовт дал им абсолютную свободу как в религиозном, так и в социальном плане. Вот с этого времени и находятся на этих землях татары. 

 

– Какова численность татар в Белоруссии в настоящее время? Сумели ли они сохранить свою культуру и традиции?

 

– По результатам последней переписи, количество татар в Белоруссии составляет 10 тысяч человек. Но если учитывать и смешанные браки, количество превышает 30 тысяч. Религия Ислам и его культура сохранились. До советских времён были имечети, и медресе, и всё другое. Да и сейчас все мусульманские общины татарские, кроме одной азербайджанской.

 

– Каковы основные проблемы белорусских мусульман сегодня и что требуется для их решения? – Как и везде, проблема кроется в отсутствии грамотных имамов, проповедников в общинах. Но работа только начинается. Недавно мы завершили новую мечеть. Работа только формируется. Хороший сдвиг 
в этом направлении я получил, когда представителем со стороны Дагестана получил Карсума, из Турции – Зарифа и Саида, когда материально и технически начали нас поддерживать представители турецкой стороны Байрам и Мустафа.

 

– Объединяя и просвещая население по вопросам Ислама, на что вы больше всего упираетесь, на чём делаете акцент?

 

– Во-первых, дать достаточное образование руководителям общин и подрастающему поколению. А то иногда нам в Минск звонят издалека, чтобы мы пришли похоронить кого-то. До такой степени нет религиозной грамоты. Организовать воскресные школы для детей-мусульман. Создавать летние лагеря с обучением догматам Ислама. Отправлять на обучение за рубеж, в Турцию, в Россию.

 

Необходимо, чтобы человек параллельно владел светскими науками, для того чтобы он имел свою профессию и заработок, так как общины, даже большие, не могут брать на себя даже одного имама. Ещё у нас есть договорённости с Казанским и Московским исламскими университетами. Есть несколько их выпускников.

 

У меня есть большая надежда и на Карсума. Я благодарен муфтияту Республики Дагестан за то, что его направили к нам. Человек грамотный, шустрый. Работает, несмотря ни на какие сложности. Влияет на людей, его очень любят дети, к нему прислушиваются представители диаспоры. 

 

– Как вы оцениваете на сегодняшний день работу, проводимую против распространения экстремизма и экстремистской литературы?

 

– Работа ведётся очень плотная. Это контролируют и со стороны государства. Любая поступающая литература подвергается экспертной проверке. Мы предоставляем копии литературы, и в течение месяца дают заключение. Обычно не разрешают ту, которая не разрешена в Российской Федерации. Попытки внедрения ваххабизма были неоднократно.

 

Были случаи, когда в мечети обнаруживали подброшенную экстремистскую литературу. Ведём профилактику среди прихожан мечети, через пятничные проповеди раскрывая им суть и зло, которые ваххабизм несёт в умму. Время от времени затрагиваем эту тему. Может, это и парадоксально прозвучит, но, тем не менее, в Белоруссии Ислам просуществовал 620 лет. Как ни странно, это благодаря тому, что в отрыве были от исламского мира. Мы здесь законсервировались со времён Османской империи.

 

Вели и ведём духовную жизнь так, как наши предки делали. У нас сохранился традиционный, умеренный Ислам, хотя с потерями. Где-то что-то из обычаев стиралось, кое-какие традиции нивелировались. Зато в наш Ислам не проникли всякие изменения, как это появилось в 90-е годы в других регионах. Всё-таки и у нас были попытки внедрения ваххабизма. Пришлось сменить некоторых руководителей общин. А их учителей государство депортировало.

 

– Какие отношения складываются у вашего Муфтията с руководством страны? Есть ли веротерпимость?

 

– Великолепное. Стоит большого труда и напряжения быть на уровне требований нашей религии, государственной жизни и общественности. Альхамдулиллях, у меня так и получилось. Я вёл ассоциацию всех национально-культурных объединений республики, был её руководителем. Мы в начале 90-х работали над законодательством страны, работали с парламентскими комиссиями.

 

Я участник собеседований с ОБЭСЕ. Работал руководителем научно-методического центра министерства образования республики. Поэтому доверие руководства страны лично ко мне как муфтию, к татарской национальности на высочайшем уровне. Высший диплом за духовное возрождение вручил мне сам президент страны.

 

Это и является признанием и взаимопониманием. Хвала Аллаху ﷻ,  препятствия для выполнения обрядов Ислама нет никаких. Нам предоставили место в самом центре Минска рядом с татарским кладбищем для возведения мечети. И бывшее кладбище по нашей просьбе сохранили как сквер. Сам президент принимал участие в открытии нашей мечети. Это тоже доказывает наличие доверия и признания нас самим президентом республики.

 
– Ещё один вопрос, который невозможно не задать после такой насыщенной беседы: трудно ли быть муфтием?

 

– Я отвечу на этот вопрос честно и откровенно. Нет, не сложно, если ты этим живёшь, а не строишь из себя искусственно кого-то. А если играешься этим – конечно, трудно. Быть муфтием – высочайшая ответственность перед Всевышним и перед народом.

 


– Ваши пожелания читателям нашей газеты, да и всей умме мусульман?

 

– Ваша газета издаётся на профессиональном уровне. В ней даётся хорошая информация. Освещается жизнь мусульман не только России, но и всей уммы. Желаю всем мусульманам блага, милости Всевышнего, где бы они ни находились!


БЕСЕДОВАЛ АБДУЛЛА МАГОМЕДОВ
 

Также в рубрике

В гостях у Всевышнего

Хадж – пятый столп Ислама. Каждый верующий мечтает попасть в эти святые земли, увидеть воочию Каабу и

Сто пятьдесят лет спустя

В этом году исполняется 150 лет, как имам Шамиль покинул Калугу, в которой прожил девять лет, с 1859 по 1868 год. В

«Как женился – результаты пошли в гору»

В городе Одинцово Московской области завершился чемпионат России по вольной борьбе. Российский борец Заур

Что такое чудо?

Ответ на этот вопрос у каждого свой, но чаще всего то, что мы называем чудом, – всего лишь проявление воли