Четверг 25 Май 2017

 

Каллиграфия - искусство письма

 

 

 

Недавно, в один из вечеров, со скуки переключая каналы телевидения, наткнулась на вещание прошедшего фестиваля кавказской культуры. Представители Минкульта РД принимали гостей из нескольких северокавказских республик. Горячо приветствуя гостей, они говорили важные слова: о необходимости помнить себя, возрождать традиции и твердо помнить о том, что делает нас дагестанцами. 
 

 

Фестиваль начали с торжественной демонстрации национальных флагов регионов, которые выносили юноши и девушки в национальных одеждах. Продолжили танцем. И далее песней. И танцем. И снова. Танцы... Танцы... Танцы... 

Мне стало очень грустно. Ведь шел фестиваль этники. И ждалось, что расскажут людям о стойкости, с которой предки обрабатывали каменистую почву, с заботой вкладывая в нее семя. Хотелось узнать, как в аулах украшалось жилище к возвращению уставших путников, пастухов и чабанов. Думалось, что вот-вот приглушат свет и покажут зрителям, как долгими зимними вечерами женщины в горнице пряли, молотили, сушили, чистили и валяли густую овечью шерсть, готовя из нее известные дагестанские бурки. Казалось, что вот-вот зазвучат голоса народов, зовущих каждый на свой лад к молитве, а сцену украсит богатый дагестанский ковер, на славу сотканный дагестанскими мастерицами... Разве все это не часть культуры предков?

Мы привыкли, говоря о дагестанских традициях, сразу вспоминать известный танец «Лезгинка»: пляшущие в черкесках резво, словно гарцуя  друг перед другом, отбивают ритмы ногами; плавные, плывущие движения рук юных девиц в длинных накидках, украшенных тяжелыми поясами. На площадях – танец, ставший угрозой и визитной карточкой наших людей за границей республики. На свадьбах – танец, без которого не представляют веселья и отдыха. Везде танцы. И кажется уже, что это вроде как самая суть, самая соль. Так?

Между тем, «Лезгинка», при всей ее популярности, красоте, необычности, не отражает всех граней глубинной истории и культурной самобытности. Понятно, что многое не продемонстрируешь на фестивале. Но почему только танцы? Неужели дагестанцам не были доступны иные искусства? Воображение рисует образ мудрого горца со строгим взглядом. В его руках листы с арабским текстом. На рабочем столе зубило и молот ожидают руки мастера. 

Возникновение письменности в Дагестане связывают с проникновением на его территорию Ислама. Религия не просто приветствовала, она ратовала за образованность народа. Важной составляющей обучения мутаалимов было искусство письма – каллиграфия. Красивый, четкий, чистый почерк ценился на вес золота. Книгопечатание не было развито. Те, кто освоил каллиграфию, могли найти свое призвание и хлеб в переписывании книг. 

Исследователи средневекового искусства Востока справедливо отмечают, что высокоразвитая каллиграфия, которая была письмом не только религии, но и поэзии, философии, науки, расценивалась как искусство, занимая среди других его видов почётное место.

Профессора, искусствоведы, богословы утверждают, что вместе с хорошим почерком развивалась  дисциплина. Потому что освоение этого искусства требовало особой усидчивости и терпения. Ведь некоторые из видов почерков требуют практически математической точности. 

Например, «куфи» – один из самых ранних встречающихся почерков. Его отличает строгость линий, геометрические формы букв, вытянутых практически всегда горизонтально, отсутствие закругленных элементов. Использовался в основном в орнаментальном украшении архитектурных памятников и могильников. Но украшали им и керамику, изделия из металла, оружие, предметы из резного дерева и кости, художественные ткани и ковры. 

Позднее на смену «куфи» приходит и «сулюс» – плавный, с округлыми и переплетающимися формами, он часто использовался переписчиками для оттиска названий книг, оформления заглавий. Его главная особенность в том, что одна третья часть каждой буквы непременно должна быть изогнутой. Его выведение занимало немало времени. Он открывал двери для высокохудожественных задумок. 

Однако наиболее распространенным и удобным для дагестанских писарей, ученых и простых людей был почерк «насх». Это курсивное письмо, не имеющее сложных форм, без особенных украшений. «Насх» использовался для основного текста книг, в личных переписках, записях учета, был общеупотребим грамотными людьми. 

Невозможно себе представить, чтобы дагестанцы, вникая в какую-либо науку, не оставили в ней свой вклад. То же самое и с арабской каллиграфией. Переписчики стали придумывать собственные оригинальные почерки. Так, например, известный дагестанский каллиграф Махмуд Джелаледин, сын дагестанского шейха Мухаммеддина, самоучка, снискал уважение многих своих коллег за упорство в изучении мастерства и неповторимость стиля. 

Со временем в каллиграфии появилась и устоялась такая разновидность почерка, как «дагестанский насх». Им написано огромное количество рукописных текстов дагестанских богословов. Имена знаменитых переписчиков, чьи труды хранятся в Российской Академии наук, известны широко за пределами нашей родины. Например, Газимухаммад аль-Уриби – непревзойденный мастер, виртуозно и с особым искусством оформлявший книги различными видами почерков. В 1955 году в индийском городе Калькутте состоялась Всемирная выставка печатных Коранов. На этой высококомпетентной выставке первое место было присуждено Корану, изданному на высоком профессиональном уровне художественного мастерства и каллиграфического искусства в типографии М. Мавраева катибом Газимухаммадом из Уриба. 

Свою лепту в возрождение арабского письма, искусства и каллиграфии внёс и внук Газимухаммада аль-Уриби Мухаммад-хаджи, сын Али аль-Уриби, который работал председателем Совета алимов Дагестана в 1991 – 1993 гг. Благодаря его кропотливому настойчивому труду по переписке книг, многие произведения, изданные в типографиях Дагестана, распространялись среди населения и сохранились до наших дней.

Каллиграфия, прочно вошедшая когда-то в жизнь народов Страны гор, не исчезла из ее жизни. Многие продолжают украшать архитектурные сооружения вязью необычных форм. Прием украшений жилищ дагестанцев, росписи внутренних стен становится оригинальным дизайнерским ходом. И последнее пристанище человека, его могила, как и прежде, отмечается аятами Корана. 

Скажите, разве не это настоящее искусство – суметь из простых букв соткать целую картину, передать массу чувств в нескольких линиях? Переплести узор, придать ему симметрию, ритм, изящество? 

Наверное, всему свое время. И точно так же, как пришло время возрождения национального костюма, подойдет черед и исконно дагестанского, художественного каллиграфического искусства. И на фестивалях будут с гордостью демонстрировать прекрасные работы старых катибов, ставя их в пример молодому поколению. По воле Всевышнего Аллаха!